27.06.2017
Травма, как произведение искусства
Не расти, дитя моё, что в том толку?
Можешь малость самую, но и только!
Как я это самое представляю…
Не расти, дитя моё, умоляю!
Вероника Долина.
Среди всего, что делается намеренно и последовательно, с умыслом и замыслом, нередко встречаются мне прекрасные собой существа, прямо живое воплощение мечты. С жалобами на тоску и панику, с мнением окружения, что это они с жиру бесятся — всё необходимое для жизни есть у них, и заботливые, ну очень заботливые близкие часто тоже имеются.
Существа эти (впечатление какое-то нездешнее от них, оттого и говорю — существа, это не в обиду или пренебрежение к ним) часто начитанны по-всякому, в жалобах нереализованность и отсутствие смысла с виду вполне обеспеченного существования своего. И вот тут у меня возникает ощущение, что я вижу не только человека, но и пароход бонсай.
Надо ли напоминать, что бонсай — это такой продукт японского искусства, когда выращивают микродерево, в цветочном горшке проживает и ничем, в принципе, не отличается от полноформатного, кроме размера и особого изящества. Во-первых это красиво. В него вложены годы кропотливого, тщательного труда — там подрезают корни и крону, очень дозированно поливают, всё такое, что не даёт дереву вырасти в размер, задуманный природой.
Вот и с существами, да нет же, что это я заладила — людьми этими что-то такое проделывали, с подрезанием корешков, чтоб они не слишком уж росли во все стороны. Они и не выросли. Они стали прекрасными миниатюрными и очень удобными к употреблению в комнатном-домашнем формате.
Кто и зачем с ними это делал — для начала родители, конечно. Ведь взросление и сепарация детей — это довольно страшно на самом деле, если дети интересны, а не растут, как трава во дворе. ( Нередко именно расти такой травой во дворе и оказывается здоровее всего). Это для желающих обладать и контролировать — самое то, что можно контролировать и чем можно обладать. Выбирают в супруги такие бонсай себе, чаще всего, таких же контролирующих и властных собственников, как родители были. Или это их выбирают. Что, впрочем, вполне взаимно. Проблемы начинаются, когда бонсай желает пересесть из привычного горшка в открытый грунт со всеми его перипетиями и расти, как уж получится. Вот тут всё близкое окружение пытается хором подстричь ему корни, предложить горшок побольше на подоконнике пошире, в общем поднимают переполох. Что он, неблагодарный, удрать пытается и перестать быть тем прекрасным, в которое столько вложено. А ему и корни болят, многократно подстриженные, и крона, и в горшке не сидится, и видел он уже не только собратьев по размеру и положению, но очень похожих, но — больших и в саду, и хочется туда в сад.
Как Гадкому Утёнку хотелось в стаю тех прекрасных белых птиц.
На сценарных семинарах своих я говорю, что на самом деле Гадкому Утёнку повезло, что его прогнали с птичьего двора быстро, не разобравшись и до того, как хозяева туда наведались и поняли, кто там уже вылупился из подложенного ими под утку яйца… А то подрезали бы ему крылья, а в итоге подали на большом красивом блюде свадебным украшением стола с флердоранжем в клюве, но жареным.
А тут дело хуже, тут не улетишь, бонсай для того и подрезали, чтоб был управляемым полностью и самостоятельности в нём не предусмотрено никакой.
На терапию такие попадают по психосоматике с удушьем прежде всего, тахикардией, нарушениями сна и покоя… И как же возмущены близкие, когда вдруг с треском взрывается ценный горшок, а выпроставший корни бонсай неуклюже ковыляет к ближайшей грядке землицы… Тут и на терапевта наехать могут, кстати. Чего это он такого натворил, что это ценное произведения искусства теперь безобразничает — своевольничает. Да оно и раньше, может, позволяло себе разные вещества употреблять, не только для наружного полива. Но это было простительно. А вот рост и самостоятельность…
В общем терапевту не за то платили (за бонсай обычно платит его обладатель).
Хорошего в этом то, что по моим наблюдениям, если уж бонсай решится расти, то не засохнет и с голоду не похудеет — он уже умеет многое из того, за что платят. Во-первых быть прекрасным или ужасным или своеобразным… в общем, нестандартным. Во-вторых у него обычно неплохое образование, даже не одно высшее бывает. Поскольку учёба — привилегия маленьких, а его в таких числят и учёбу поощряют, как занятие.
В третьих — корни, пробившиеся сквозь камень или взорвавшие горшок — это страшная сила, и он это вполне понимает. Остаётся повзрослеть и вырасти, и тут уже нужно немного удачи.
Да, пример из литературы — для любителей Л.М. Буджолд очевиден, это Марк Форкосиган.
Опять-же сагу о Форкосиганах рекомендую всем, как замечательные книги, по недоразумению проходящие по ведомству фантастики, да ещё и космической оперы.
Опубликовано в 5:05 Комментарии к записи Травма, как произведение искусства отключены
22.08.2011
Видео
Психозы в мегаполисах
Жизнь в больших городах убийственна для человека. Как сделать психологическое давление города минимальным? Что происходит со временем в мегаполисе, какие правила меняют его? Об этом рассказывает психолог Ирина Морозовская.
Бесконечные возможности бессознательного
Что такое бессознательное? Как им управлять и как использовать в повседневной жизни? Как раскрыть возможности своего психического потенциала и научиться применять их в политических целях? Рассказывает психолог Ирина Морозовская.
Вассерман — продукт эксперимента
Психолог Ирина Морозовская разрабатывает свою систему использования ресурсов бессознательного в обыденной жизни. Одним из главных достижений своей практики она считает успех Анатолия Вассермана. Он уверен, что всеми своими достижениями в интеллектуальных играх он обязан именно Морозовской.
8-й фестиваль авторской песни памяти Артура Григоряна «Зимняя Ялта».
Ялтинский центр культуры. 5 января 2014 г.
Ирина Морозовская (Одесса). Горечь (автор Михаил Фельдман)
Опубликовано в 11:11 Комментарии к записи Видео отключены
22.08.2011
Опять и снова о депрессии
Три лика депрессии.
Так назвала я статью, собранную из подрихтованных текстов о депрессии, заказанную литовскими психологами для сборника, который выйдет в апреле. Разрешили выложить в доступ уже. Что и делаю — по весне он может пригодиться.
Собственно, ликов, обличий и масок у депрессии множество, я кое-что своё сказала, о чём до сих пор не особо писали, и — метафорами, поскольку ими и работаю.
Три лика депрессии
Многим пациентам, в момент, когда врач ставил психический диагноз, доводилось слышать о степени тяжести своей депрессии, о ее причине или так называемой «почве». Ирина Борисовна Морозовская — психолог-психотерапевт, сотрудник кафедры психологии Одесского Национального Университета и медицинского центра «Арнимед», Действительный Член Профессиональной Психотерапевтической Лиги предлагает свой альтернативный подход к медицинским заключениям, связанным с этим заболеванием.
Депрессия как авитаминоз души
Ну да, первым пунктом всех руководств по обращению с собой — временно нелюбимым, оттого, что депрессивным, входит это самое – «перестаньте себя корить, угрызать и еще всячески чморить и опускать, оттого, что вы здесь уже оказались». Действительно, похоже, что самые симпатичные из депрессивников, из всего комплекта неприятностей, которыми щедро награждает депрессия, сильнее всего страдают от чувства вины и огорчения за то, что в этом своем состоянии они не (далее приличный перечень всего того, что сейчас «не»)…
А ведь чувство вины в этих случаях можно довольно четко разделить на нормальную вину и избыточную, токсическую. Нормальную — это, как справедливо сказано, человек не справился с взятой на себя ответственностью, хуже того — не справляется ежедневно, текущим порядком, и при всех попытках перепланировать, переделать и еще разок перешить этот Тришкин кафтан, в который превратились его планы, обнаруживает на месте каждой залатанной дыры, в лучшем случае еще одну, а то и парочку. То ли депрессия все равно усугубляется — то ли человек опять делает не то, и каждое это «не то» сваливается на макушку ударами обычной окружающей реальности по воспаленной болезнью самооценке.
Так вот на что, по-моему, стоит обратить внимание:
Люди-люди, в перечне депрессивной симптоматики в основном фигурируют разные неприятные и пренеприятнейшие симптомы. Но некоторым существенным вещам учат, похоже, не всех, а только медицинских психологов — ну и правильно делают. Поскольку распознать их у себя самого практически нереально. Так вот, депрессия подгрызает и поражает еще две сферы — снижает, и очень существенно снижает уровень обобщений — это наша способность делать верные, а не чрезмерные или недостаточные выводы из происходящего, ну и уровень критики тоже опускает — причем чаще с перекосом в самокритику.
Да еще нормальные, обычные то есть признаки депрессии — это игры состояния в течении дня, чаще всего с утра все гораздо хуже, чем вечером. Состояние души (и тела), или то, что человек называет этим словом, в течении дня меняется плавно и несколько приподнимается, и к вечеру (ага, после работы) кажется уже почти терпимым. Наутро, правда, все снова-нездорово.
Это для трех четвертей народу верно, еще процентов пятнадцать живут наоборот, им с утра полегче, а остальных как-то непросчитываемо качает.
Так что человек ввечеру планирует свои дела какие-то — в надежде на то, что дальше будет себя чувствовать, как уже сейчас, вечером то есть. А вот с утра нет у него уже этих сил, и тут ни количество «батареек» загодя не высчитать ни вообще с утра как-то соображать здраво не выходит — очень уж тяжелое пробуждение. Это я к чему веду? К тому, что в депрессии человек САМ, именно по поражению уровня обобщений и критики, не в состоянии этого всего полезного высчитать, да и придерживаться. Зато ругать себя на тему «Все люди-как люди, у всех депрессии — как депрессии, получается минимизироваться и как-то справляться, а я опять…» может сколько угодно. Это к тому, что при депрессии важен не только круг людей, принимающих и сочувствующих, но хоть кто-то, кто хорошо знает человека, понимает тему депрессии и в состоянии сделать для него и да, за него эти самые расчеты минимально необходимого. Выслушивать, что из этого получилось, хвалить за сделанное. НЕ РУГАТЬ за просевшее и протерянное.
С домашними — всеми, включая детей разумного возраста — поговорить об этом. Непроговоренная и непонятная им депрессия родителя отзывается не только в недополучении внимания и тепла. Но и в том, что дети склонны брать на себя ответственность за возможные и невозможные семейные косяки, и есть немалый шанс, что отпрыск будет себя винить за то, что вот мама грустная и плачет все время или папа не с ним играет в футбол, а лежит, вперясь в телевизор или потолок. Тем более, что у родителей иногда хватает ума грузить потомка именно такими объяснениями – «не идем гулять или бегать, потому что ты…» далее перечень преступлений. Или «мама плачет, оттого, что ты ее расстроила — плохой оценкой, порванными колготами, немытой посудой…» список можно продолжить. И слишком часто, к сожалению, я слышу от клиентов такие рассказы — клиенты, само собой, пришли ко мне тоже не радостью поделиться. Депрессии и неврозы, неврозы и депрессии, иногда все в одном флаконе человеке. Как объяснять — как объясняли бы при гепатите, отчего питаетесь отдельно и другим, а при травме — отчего бегать или бросать мячик не можете. И обязательно делать акцент на то, что это временно и ненадолго, что это пройдет, совсем пройдет, бесследно. Тем более, что это так и есть.
Если уж так случилось, что близких у вас нет — не завелось или потерялось — то и обязательства домашние можно свернуть до терпимого, да и совсем неплохо госпитализироваться в отделение неврозов, если ничего из добрых советов выполнять не получается отчего-то и нет рядом того, кто мог бы с этим помочь. Взять на себя часть этой самой ответственности, разделить на части, а то — вытянуть ее невозможно по объективным причинам, а срывы по этой части приводят к тому здоровому (естественному то есть) чувству вины, работать с которым на таком фоне тоже непросто.
Из-за этой ловушки с поражениями критики и обобщений человек и замечает, что уже находится в депрессии, далеко не сразу, а когда оно уже повсюду достало. До того отговаривается себе, что недомогает из-за простуды или вируса (неудивительно, иммунная просевшая ловит их на любом сквозняке), из-за множества дел, работы и усталости, что это он просто устал (да, конечно, но вот вопрос о том, отчего это он ТАК утомляется всеми этими делами его не сразу посещает), что это злые ближние и дальние достают — апофеозом этого являются поиски сглаза или порчи и умеющих их снимать бабушек. Кстати, правильные бабушки-знахарки работают и с этим исключительно психотерапевтично. При неглубоких депрессиях и замысловатых ритуалах тоже должно работать.
Еще я думаю, что риск проявления депрессии (кроме конституциональной, генетической и ТИМной предрасположенности), тем выше, чем больше мы отклонились от того цикла-ритма, который правилен для нашего личного организма. В этом плане у меня большой зуб вырос на проповедников здоровых образов жизни (разные, разные, вплоть до солнцеедов, попадаются просветители. Конечно, закономерности есть, многое зависит от времени года и темперамента, но собственный ритм все же у каждого организма, и на прокрустовом ложе всеобщих правил Здоровья и Благоденствия можно только дополнительных неприятностей нажить вкупе с виной, (как же без нее-то) за то, что это у тебя не получилось, а обещали счастье. Конечно, ритм жизни, городской особенно, обеспечивает нам, кроме плюсов комфорта — расхождения того, что организм хочет с тем, что ему необходимо, вроде бы, делать. Так вот, депрессия — прекрасное время для того, чтобы отсохло и отвалилось все лишнее и отжившее, уже ненужное.
Однажды я рассказывала о причинах затяжной депрессии в городе одной пациентке: «Представьте себе, что вы — крупная птица, Лебедь или гусь дикий, или змея большая и красивая. И время от времени происходит линька — да такая, что старые возможности недоступны уже, вот нет в это время маховых перьев, если птица, и прочной шкуры, если змея. Беззащитность такая, что раньше умел и мог — не можешь, и всякий тебя обидеть может, а если ты — змея, то и норовит. И вот, вместо того, чтоб отсидеться, пока не отрастет, на озерце или под корягой, или, как положено, летать на работу — вынуждены в гортранспорте, в толпе этой, каждый день ездить. А там жмут и давят со всех сторон, царапинки на этой нежной новой шкурке образуются, а старые подживают хуже, чем в покое. И пух запачкать или общипать могут… Ну, вы себе представили. А теперь — вместе думаем, как побольше времени в норке или на открытой воде проводить, поменьше в самой давке, есть чего-то полезное умудряться, а еще лучше — чтоб нашелся, кто возить будет. И знать, что все это отрастет опять, окрепнет, заиграет.»
Еще хорошо что-нибудь посадить зеленое в горшок — с самого начала лучше, с семечки или крохотного отростка. И такое, чтоб забывчивостью и неполивом так просто уморить нельзя было, суккулент тут лусше всего брать. И сказать себе — и ему — что когда вот это вырастет до (ну тут договариваешься, до чего именно), все и пройдет. Оно очень хорошо и правильно смотреть, как что-то растет и вырастает. Да, лучше, пожалуй, когда растеньице не единственное высаживается, а то мало ли чего — и тут его пропажа может все усугубить, против чего его сажали. Но это уже совсем другая история…
Депрессия как дисбактериоз души
Это мне кажется точнее во всех отношениях для описания депрессии — неаппетитные подробности домыслите уж сами.
А главное тут — о взаимоотношениях с приятностями. Которые читатели блогов в комментариях советуют переживать и пережевывать и поглощать побольше и почаще, как лучшее лекарство. Ну, вот как раз когда это авитаминоз — то добавка витамина быстро и надежно решает проблему. А когда дисбактериоз — то и ценные-питательные продукты плохо усваиваются, и пользы от них — чуток, и все попытки впихнуть в измученный организм еще порцию калорийного — раз предыдущего как-то очевидно маловато, человек невесел и очевидно чахнет — чреваты ухудшением всех дел.
Что радости эти, как ни таскай человека на веселые представления и не устраивай ему персональные праздники — проходят как-то без ощутимой пользы, а нередко (вот интересно, отчего бы?) усугубляют тоску и печаль.
Универсальный антидепрессант всех времен и народов — алкоголь — тоже в это время как-то не оправдывает возложенных на него ожиданий.
Ощущение проходящей мимо и пропущенной уже жизни, вот этого тягомотного бурления изнутри, убывающего веса и обостряющихся черт лица… и то, что называют «маска депрессии» как-то подозрительно напоминает мне то, что я вижу у людей в затянувшемся дисбактериозе. Который теперь на фоне расцвета культуры антибиотиков — тоже чаще, чем хотелось бы, прописывается владельцу ослабленного организма.
И еще кое-что для тех, кто спорит о депрессиях на тему — психотерапия или антидепрессанты?
Я считаю, что это — совершенно разные вещи, как если б затеяли спор о том, что для здорового образа жизни важнее — питание или движение?
Да и то и другое нужно и одно не заменяет другого, как ни умножай его количество и качество, даже напротив — перебор любого из них не приблизит к желаемой жизни. А наоборот даже.
Для меня препараты (не обязательно антидепрессанты, тут могут помочь ноотропы и еще что посоветует умный доктор) — это по части питания, да, витамины тоже обязательны, как дважды два. А психотерапия — это движение. Можно сказать, что — движение души, способствующее восстановлению подвижности, свободы — да-да, той свободы, как кажется депрессивному то ли утратой то ли утопией, и наконец — легкости, выносимой уже легкости бытия.
Депрессия как токсикоз души
Говорить о депрессии словами все равно приходится постоянно, в повседневных своих занятиях.
Похоже, пора сказать, что при всех высказанных своих взглядах на причины и природу депрессии есть еще то, о чем, кажется, прежде не писала.
И это — депрессия, как токсикоз души.
Мне о депрессиях, как и вообще о чем угодно, проще метафорами. Мне в депрессиях чаще видятся помянутые уже авитаминоз души либо дисбактериоз души. Даже кавычки не хочется ставить тут. Понятно, что и первое и второе – расстройства, которые можно и нужно лечить и излечивать.
А вот с токсикозом дела обстоят куда как иначе.
Даже не знаю, поймет ли меня мужская половина. И везучая часть женской тоже.
Хотя если не из опыта, то из наблюдений и разговоров можно выяснить – у некоторых, занявшихся таким почтенным делом, как вынашивание плода, случается токсикоз. Тошнит от жизни, особенно по утрам, жизнь становится тяжелой и мутной, человек – вялым и слабым, с огромной чувствительностью к тому, что раньше и не замечалось, ну как и при депрессии. Одним больше везет, можно и с несколькими детьми без токсикоза прожить, у других – не каждая беременность, а как повезет (ну вот мне повезло, только со средним, и то в полноги, можно сказать, познакомилась с субъектом метафоры), третьим тяжелым отравлением даются все девять месяцев без отпусков и отлынивания с каждым чадом.
Преимущество токсикоза перед депрессией, даже если он не поддается никакому уговору и смягчению симптомов, в том, что знаешь и понимаешь, зачем все это терпеть, к тому же имеешь четко прописанный срок выхода на свободу с чистой совестью и большой занятостью.
А при депрессии самое тягостное – как раз бессмысленность и бесконечность страдания. То есть в тот момент оно кажется бесконечным.
Но заканчивается оно, и оказывается, что и человек что-то родил – творческое или просто стал другим, мудрее и больше себя прежнего, что ли.
Выросло и образовалось что-то важное за это время.
Это своеобразные периодические кризисы, после которых мы сильно меняемся. То есть, какое-то время, похоже, мы беременны новым собой, а депрессия случается в это время с некоторыми, как токсикоз случается. Есть в этом элемент везения, что ли, и невезения тоже – поскольку депрессии такого рода ни на медикаменты не реагируют, ни терапии особо не поддаются. Ну, примерно, как уговаривать токсикоз. Тут можно только быть рядом, сочувствовать, чтоб человек ощущал, что он не наедине с этим непонятным и тягостным внутри.
Вынашивать – это ведь тоже быть в тягости. Тяжело, и оно не рюкзак – не отстегнешь, не дашь поносить другому… это приходится переживать самому и полностью.
Это мне захотелось рассказать, когда я думала о депрессиях у творческих людей, реализованных как раз полностью и завидным многим образом – с признанием и наградами. Так получилось, что иногда я оказываюсь рядом и наблюдаю вблизи то, что со стороны не увидать.
Так что для меня вопроса, который нередко задают самые разные люди по поводу депрессии «Так все-таки лучше лекарства или психотерапия?» – не существует, точнее не существует «или» между ними.
Смотря какая депрессия, смотря какое состояние у человека, смотря вообще внимательно на него самого.
Депрессия может и непременно должна быть нормальным периодом горевания, как раз перед заживлением раны от утраты.
Депрессия бывает осложнением к переживанию поражения, когда отдал все-все-все силы, стремясь к какой-то цели, не обязательно олимпийской медали,
но Кристобаль Хозевич успел первым не достиг…
Депрессия, как рассказывали мне астрологи и их друзья, для некоторых прописала прямо в натальной карте планетами и тут можно не переиграть и не вылечить – но хотя бы прогнозировать приливы и отливы, приходы и уходы.
Депрессия, по моим наблюдениям, может оказаться следствием старых-старых травм, многолетней мелкой травматизации в детстве, накопившейся и спрессованной так, что человек об этих периодах и не помнит толком ничего, но вот когда начинает вспоминать…
Тогда из него прорываются нефтяные фонтаны гнева и ярости, негодования и боли… Вот тут психотерапия – самое то, необходима и помогает.
Депрессия может приключаться и как системный семейный феномен, и тогда нужен не просто психотерапевт, а хороший расстановщик, И становится видно и понятно, что нарушено в токах родовой и семейной энергии, и как можно уладить и уговорить, чтоб там все смогло происходить иначе.
Депрессия может быть и следствием какой-то депривации, дефицита, попросту – длительной недостачи у человека чего-то, ему лично по-настоящему необходимого. Тогда терапия поможет и выяснить, чего именно, и собрать силы, чтоб это раздобыть и освоить.
Чаще всего, как мне теперь кажется, причина депрессии в подавлении каких-то чувств и потребностей, осознанном или неосознанном, но настолько качественном, что о реализации потребности речи уже не идет, сил на это нет, но меня сильно смущает цена вопроса – и тут я всячески вкладываюсь в то, чтоб даже если желаемое недостижимо, сейчас или в принципе, расплачиваться за это дешевле и в другой валюте.
Ну и чаще всего – это не означает всегда, и в жизни всегда есть место непонятному и на первый взгляд беспричинному. И я к этому отношусь с боязливым уважением – к тому, что и мне не все дано понять и ввести в категории или вывести из них.
Но вот это, о чем я сказала, трудно назвать это конструктивной депрессией, жизнь-то в это время никак не радует, но Депрессия, как токсикоз души бывает, и не так редко, и сложно ее вылечить иначе, чем устранением причины – срывом плода, так что тут лучше просто быть рядом и не удивляться, отчего это человека, которого очень любят и неплохо кормят, так тошнит по утрам от жизни.
Заключение
Смысл всего рассказанного здесь в том, чтоб за тягостными состояниями увидеть разные возможные причины того. Иногда можно примерить причину к себе и обнаружить, что она пришла точно впору, села по фигуре и скорее всего является реальной. Иногда, уже из глубин состояния, все непонятно и муторно, но можно найти не вину в себе, но надежду на облегчение. Можно показать близким, чтоб и они задумались и, возможно, со стороны увидели еще что-то. И при любой причине если уж является депрессия любым из своих ликов — хорошо поискать специалиста, которому и причины видны яснее и рецепты, коль они необходимы, известны, того, кто и сочетания средств — народных и современных — сможет предложить.
Хочется пожелать читателям того самого оптимизма, который и есть лучший витамин-антидепрессант. А если оптимизм в дефиците — то простого и ясного знания о том, что и депрессия пройдет, и какие-то свои дары взамен нее жизнь предложит, с жизнью оно всегда так бывает.
Опубликовано в 11:11 5 комментариев
16.08.2011
Видео тест код ютьюб
Опубликовано в 4:16 Комментариев (0)
24.03.2011
видео
Опубликовано в 8:08 Комментариев (0)
24.03.2011
Среда обитания
Царит ли на дворе кризис, или трудные времена — все отражается на нашей жизни и на нашем её восприятии,а лучшим рецептом для сохранения личности является решительный отказ от самодостаточности, как её понимают и трактуют нередко в обыденном смысле слова — как способность со всем справиться самому. Как ни странно это может прозвучать.
Чистых победителей, как и чистых неудачников, немного – об этом говорил еще великий психолог Эрик Берн. Основную массу людей составляют те приличные и приятные люди, которые в стабильные времена могут вполне нормально существовать – плодотворно и продуктивно. Условия предсказуемой и достаточно подконтрольной среды позволяют добиться этого. Но когда ситуация выходит за пределы привычного порядка вещей, такие люди страдают больше. Поскольку прочность их опор и основ заметно ниже, чем у победителей в чистом виде, их легче выбить из седла, что приводит к длительным и болезненным изменениям. Сценарные сломы способны отбросить их далеко вниз.
Считается, что любой кризис – это полезно. Думаю, что не любой. И не всем. Только имеющим ресурс для того, чтоб справиться.
Но как быть тем, для кого он оказался не по силам?
Проблема заключается в изменении картины мира, которая имеет обыкновение отражать изменения самого мира, часто происходящие быстрее, чем человек успевает это заметить (не говоря уже о том, чтобы осознать и измениться самому). В жизни такое случается часто. Бежишь, бывало, на свой поезд по привычному маршруту, а ночью рабочие, оказывается, вырыли на твоем пути канаву и забыли поставить ограждение, и освещения рядом нет. Большое счастье, если удастся отделаться только синяками и ссадинами.
Тем более не каждый способен уследить за куда более сложными структурными изменениями. И как приходится восстанавливать свое душевное равновесие в ситуации, когда кажется, что почва уходит из под ног? Рецепты есть, конечно, их много в литературе, но и я тут что-нибудь об этом скажу.
Для начала нужно найти новую точку опоры. Любую. Любую. Не слишком размышляя — какую и на что. Это уж как получится. Ведь сделать это довольно сложно. Потребуются определенные усилия, которые тем сложнее предпринимать, чем сильнее изменения вокруг. Изменения, которые поглощают не только материальные, но и личностные ресурсы. Все рекомендации о том, что делать в таких случаях, сводятся, в общем-то к двум довольно простым вещам. Во-первых, надо заставить себя выйти за рамки привычного хода событий. Хотя я очень недолюбливаю слово «заставлять» и понятие об этом тоже, но вот приходится, если все остальные возможности ещё печальнее выглядят. Во-вторых, сделать это вместе с кем-то.
Подпитка от контакта с живым (а не техничным или технологичным) необычайно важна. Очень многие предприниматели, по сути своей, являются индивидуалистами и даже имеют склонность к культивированию своей «индивидуальности», что усугубляется высотой полета, а со временем и возрастом. Фаза «самообслуживания» довольно удобна в стабильных условиях. Но она же и консервируют личность, делая ее апгрейд куда сложнее в случае, когда меняющаяся среда требует еще и внутренней работы.
Нужно предпринять существенные усилия, чтобы найти «локомотив». Что-то должно (или кто-то должен) вытащить человека за пределы своих собственных мыслей. В противном случае мысли эти достигнут предельной концентрации и начнут разъедать личность как кислота или щёлочь. Тело при этом, кстати, нередко начинает страдать и жаловаться на нарушения кислотности — человеку трудно переварить происходящее с ним.
Остатки энергии (в пику нежеланию предпринимать что бы то ни было) я бы порекомендовала направить в сторону увеличения физической нагрузки. Движения то есть и напряжения. Причем не в тренажерном зале, где контакт происходит, скорее, с металлоконструкциями, и не при помощи медитативных упражнений, оставляющих человека наедине с миром. Необходимо найти средство для контакта — с живым! Например, выбрав что-нибудь вроде легких единобороств, которые позволят получить удовлетворение от выхода агрессии достаточно «легитимным» образом. Впрочем, можно выкроить время на более пассивные процедуры, связанные с телесностью, будь то сауна или массаж. Кстати, снимать зажимы в мышцах время от времени необходимо: их не замечаешь, но они накапливаются и проявляют себя в критичных ситуациях.Да и в некритичных съедают часть нашей энергии и портят внешность. Это — для людей одиноких, у которых по каким бы то ни было причинам не сложился неформальный круг общения. Искусственным образом не восстановить ни кавээновского прошлого, ни бардовского окружения. Возможно, именно поэтому предприниматели, у которых подобное прошлое имеется, очень дорожат прежними связями и поддерживают соответствующий образ жизни. Вполне естественным образом!
Что еще нужно сделать, так это обязательно разомкнуть круг, по которому бегает человек. Ведь, как и Алиса из Страны чудес, мы часто тратим силы для бега изо всех сил, чтобы оставаться на одном и том же месте. Кстати, реальность на самом же деле более чем напоминает миры Кэрролла. Но не всегда для того, чтобы остаться на том же месте, необходимо бежать. Достаточно – остановиться. И посмотреть, что происходит с миром вокруг тебя. Или же – забежать в два-три совершенно «посторонних» для вас места. Или отправиться совсем в другую сторону, как делала Алиса. Так или иначе, важно – прекратить уповать на то, что есть только один путь. Или – что есть только одна правильная дорога.
Нужно помнить: по мере истощения (эмоционального, да и физического) человек склонен все больше заблуждаться. Чем меньше у него сил и энергии, тем больше иллюзий, что «нужно что-то делать», иначе «все рухнет». В итоге человек не только замыкает себя в собственной матрице, но и закрывает для себя все возможности из нее выбраться, отделяя себя от гипотетических возможностей глухой стеной. По мере пребывания в такой колбе, с виду (только виду снаружи, конечно) довольно уютной, глухота к миру усиливается все в большей степени.
Как известно, психотерапевты следуют той или иной школе. Я, например, с восхищением и обожанием отношусь к Милтону Эриксону. Последние годы жизни он провел в городе Феникс и удивлял своих посетителей фирменной «фишкой»: нередко в процессе терапии он отправлял пациентов, приезжавших к нему отовсюду на вершину местной горы Скво. Восхождение на нее занимало много времени. Домашние не понимали, почему гости слушаются Эриксона. Однако рецепт действительно работал. Проделывая долгий путь, люди находили ответы на свои вопросы. Не только потому, что кругом была необыкновенная красота, созерцание которой содействовало излечению. Скорее потому – что усилия, предпринимаемые ими для преодоления маршрута, лежали за пределами привычной плоскости. Даже в буквальном, географическом смысле.
У себя в Одессе я, бывает, отправляю людей к морю — в дикое место или в дельфинарий. Подобного рода действия – необычные для жизни человека – обычно запускают в нас довольно специфическую поисковую систему, активная фаза которой необходима для перемен. Особенно в условиях жизни, жестко определяемой разного рода социальными институтами. В немалой степени – институтом семьи, который в числе подобных систем довольно плодотворно «обучает» человека быть беспомощным. Просто потому, что любой институции выгодна определённая беспомощность человека. Ведь именно в этом лежит залог стабильности всей системы.
Однако, ввязываясь в историю с переменами, необходимо также заставить себя избежать другой крайности, которая отсылает нас в область иллюзий. Нужно сказать, что иллюзии бывают конструктивными, имеющими отношение к рациональному (фактически это планы) и деструктивными, квартирующими в области фантазий. Например, идея прогресса как таковая обусловлена именно иллюзиями, то есть построена на воображении о том, чего еще нет. Но работа с иллюзиями как раз и предполагает поиск границы между тем, что ведет к прогрессу, и — иллюзией бесплодной, способной разрушить жизнь человека.
Практически все восточные практики нацелены на то, чтобы видеть мир как он есть: камень – это камень и ничего кроме камня. Но изнутри это не всегда удается увидеть: требуется определенная степени просветления. И здесь мы снова приходим к необходимости слушать «другого» — в пику мнению скептиков, призывающих слушать только себя.
Альянсы разной степени формальности, взаимодействие с коллегами и оппонентами очень полезны. Даже разговор с единомышленником, полностью разделяющим твои убеждения, способен создать новое и переоценить прежние убеждения: твои слова произносимые другим, воспринимаются как более «материальные». А значит, их легче воспринять. Все это очень похоже на общение с ребенком, который иногда способен привести своих родителей в ужас, даже в бешенство. Но ведь зачастую чада всего лишь повторяют то, что слышат от взрослых!
Победить кризис в самих себе можно. И это не чудо, и даже не торжество новых технологий и их сумма — а союзничество с собой, дружба между собой, ну и другие люди рядом. Главное — подобрать те инструменты, которые пригодятся именно вам. И тех людей. В своей стае всё начинает образовываться.
Я очень желаю удачи тем, кому она нужна — на самом деле всем нам.
Выдающийся американский психиатр. Специализировался на медицинском гипнозе. Автор направления, известного как «эриксоновский гипноз и психотерапия». Разработанные Эриксоном методы легли в основу нейролингвистического программирования.
Опубликовано в 7:07 Комментариев (1)
24.03.2011
Перекрёсток сознания и бессознательного, и что на нём
.
Это мой перевенец авторских тренингов, который растёт и развивается, конечно же — иначе неинтересно было бы. Идея его навестила меня, да так и осталась погостить, уже довольно давно — когда оказалось, что существующие картины миров психологических не сходятся, каждая по-своему с тем, что я наблюдаю в людях и с чем имею дело то в повседневной работе то на тренингах, которые я тогда вела (начинала с трансперсональных, с холотропа).
И тогда я начала думать-думать и крутить в голове всё, что там к тому моменту оказалось, пока в один прекрасный, видимо, момент всё и сложилось — паззл сошелся, а на его картинке нахально расположились в слова следующие мысли и идеи:
Все (по крайней мере все, известные мне на тот момент) психологические теории говорят о том, что причины проблем человека и разделённости его с (чувствами, мыслями, ресурсами, самим собой, чем-нибудь ещё) тем, что для него важно ощущать и с чем важно быть в контакте, имеют какую-нибудь вескую причину. По большей части — ранние детские травмы, неприятности внутриутробного развития или травма рождения со всеми её перинатальными матрицами. И ставят задачи исцеления этих травм, чтобы всё в человеке стало от этого на свои места и заросло. Или возвращения к первобытной, той детской цельности и целостности, возвращения в Эдемский сад. Где опять и снова всё станет хорошо, и огнегривый лев с ягнёнком их встретят радостно у входа… есть куда стремиться в общем Притом что я считаю личную терапию прекрасным и полезным занятием для многих людей и себя в том числе — есть у меня такое мнение, что многое и с нею остаётся недоступным. А хочется ведь, чтобы это было, да и непонятно, куда девалось, если помнишь, что было, а источников утечки или утруски не обнаружено, или они уже исцелены, вроде бы. И нельзя ли что-нибудь ещё с этим поделать.
Вот что мне про это придумалось:
Древние греки в своём утверждении «Человек — это микрокосм в макрокосме» были совершенно правы, и метафоры космогонические и планетарные очень чётко обрисовывают и внутренние процессы. Вспомните школьный курс географии и историю возникновения нашей планеты. Поначалу существовал в Океане только один материк — Пангея, потом — от собственного роста планеты — раскололся он на Евразию и Гондвану, а дальше — больше, материки раскалывались и дробились, дрейфовали, разъезжались в океане и объединялись заново, в них образовывались существующие доселе зоны тектонических напряжений, провалы и горы и много чего ещё интересного, что постепенно и пришло в нынешний атлас или там глобус. И всё это происходило в основном само по себе — то есть не из-за внешних травм (они, конечно, тоже были — один только Аризонский кратер метеоритный чего стоит), а внутренними, собственными планетарными процессами вызывалось. И то, что было цельным, близким и легко доступным — оказалось очень далеко друг от дружки, в разных концах мира практически. И дороги сухопутные пресеклись, да и прочие прерывались — да ещё на каждом из материков эволюция шла по-своему и своим же порядком, что и привело постепенно ко всему нынешнему разнообразию. И ресурсы разные и всякие тоже в разных местах оказались, иногда на таких расстояниях от места, где они нужны, что и не понять, как же их теперь раздобыть или вернуть.
Так и с нами — думаю я, что если и не всё основное, то очень многое произошло с нами не по неосторожности родительской или злой воле чьей-нибудь, а разрывало нас на части внутренние этими самыми процессами роста. И живём мы теперь (осознаём, что есть, где мы и что мы и свободу перемещений и изменений имеем) только на одном из материков, и то нередко на довольно ограниченном его участке. В долине какой-нибудь, или на острове — или в пустыне, тут уж как повезло. И до ресурсов, расположенный в далёких краях нас самих дотянуться не можем, отчего и тоскуем и хиреем. А если ещё и с внутренним климатом основого нашего места не повезло — резко континентальный или просто резкий, то временами очень неуютно жить становится.
И так каждый человек — только если Земля у нас одна, то людей много и у каждого — собственные разломы и разрывы и очень идивидуальная география от этого образовалась. Все мы — разные планеты, и выяснить, что же за пределами обжитого места — само по себе интересно. Как минимум. А как максимум можно и старые дороги отремонтировать, и новые проложить, где надо, и всякое другое сообщение наладить — водное или воздушное, с учётом климата и карты. А ещё можно наладить коммуникации всякие даже с самыми отдалёнными уголками, что-то вроде собственного внутреннего интернета провести.
И вот после этого уже и с ресурсами по-другому обходиться. Ведь послать запрос можно очень быстро — и выяснить, где это находится и как наладить добычу, но добыть или вырастить и доставить может потребовать времени, и существенного. В любом случае, при такой карте себя, точнее- наборе нескольких карт разного назначения, куда проще некоторые задачи решать, справляться с посильным или набираться терпения к непосильному пока. Или посылать заказ на другую планету, а что? Дело хорошее.
Вот как это всё сделать — мне пришлось придумывать самой, оно и придумалось, и происходит в разных городах уже много лет, и подтверждается, кстати. Во всяком случае во многом помогает лучше другого, заявленного в той же теме. И всегда даёт много новых знаний и умений.
Я люблю вести этот тренинг — в нём много самородного волшебства, высовобождающегося из участников, когда начинаешь к нему осторожно прикасаться и вызволять оттуда, где оно таилось до времени. И ожидало только зова, чтобы вернуться в нашу жизнь. Вот мы и будем его звать, идти к нему — а оно к нам. Встретимся.
Опубликовано в 7:07 Комментариев (0)
17.06.2010
Скелет победителя
беседовал Виктор Цион, редактор КЖ
Одесситку Ирину Морозовскую, медицинского психолога и психотерапевта, в середине 90-х годов частенько показывали по центральному телевидению. Она была постоянным участником игр «Что? Где? Когда?» и «Брейн ринг». Помните команду интеллектуалов, перед каждым «сражением» дружно бравшихся за руки? Бородатого умника Вассермана и других? Среди них была и Морозовская. Кто-кто, а о психологии победителей она знает практически все…
— Ирина Борисовна, если муж в семье победитель, а жена неудачник, или наоборот. Что тогда? Как в таком случае действовать?
Ой, вы прямо с места в карьер и такие серьёзные вопросы задаёте… а я бы до того ещё спросила, кто и как их определил в победители или неудачники, или это просто слова, которыми она сгоряча друг в дружку кидаются…
А если окажется, что оно действительно так, то есть и мне это же покажется — то я бы задалась интересным вопросом, как и отчего такая семья вообще образовалась и на чём держится. Если уж это действительно семья, то подумала бы о том, что семья создается, ну должна по идее создаваться, благодаря такой волшебной штуке, которая называется любовь. От ее силы зависит многое из того, что получится в результате. Шансы привести партнера на свою сторону есть у каждого. В конечном счете все зависит и от страсти, точнее — от суммы страстей — супругов друг к дружке, и к тому, что для них не просто важно, а важнее всего. В страсти, при всей её сложности, много энергии для изменений и силы. Если в семье два победителя – шансов на счастье у них побольше, пожалуй. Хотя гарантий на него нет ни при каких сценарных раскладах. Возможно, они образуют победительную общность, а, может разойдутся…
— Перетягивать канат не будут?
— Семьям победителей это не свойственно. Как правило, они согласовывают свои действия и тянут в одном направлении. Если же будут тянуть в разные стороны, то канат отношений рано или поздно лопнет. Скорее даже рано. Это непобедителя можно волочить на нём за собой доооолго. И неудачника можно — если он сам со своей стороны не перегрызёт канат, конечно. А ведь может, даже если эти узы ему выгодны — но на то они и неудачники 🙂
— А родители могут воспитать победителями собственных детей?
— Неудачниками или победителями не рождаются. Да и старания родителей на этом поприще неоднозначны результатами бывают. Зачастую родители, стремясь сделать «как лучше», ломают своё потомство, калечат его, подрезают крылья. И получается из «Гадкого утёнка» такой себе лебедь на птичьем дворе. Сказочному герою очень повезло ведь, что его выгнали из неподходящей стаи.
— Какими качествами должен обладать победитель?
— Великодушием, милосердием, доверчивостью и умением соблюдать данные им обещания. Это минимальный «скелет», на котором нарастает всё остальное. У победителя скелет не в шкафу а, кроме того, что в теле, ещё и в сценарии — здоровый и хорошо выстроен, может нести на себе всю ответственность за свои обещания и выборы, и все неизбежные трудности победительства.
. Если в семье заниматься развитием у детей этих качеств, есть большой шанс, что они вырастут победителями. Это очень долгий и кропотливый процесс. Это все равно, что из крошечного семечка вырастить большое красивое растение. За ним нужно постоянно ухаживать, регулярно поливать…
— Вы можете привести пример победителей с таким набором качеств?
— Пол Ньюман, Юлий Ким, Вероника Долина, Сергей Шестаков, Марк Бурно… и множество людей непубличных, к сожалению не на слуху их имена. В моей команде (играющей в турнире «Что? Где? Когда?». Ред.) все такие.
— А кто в таком случае Сталин?
— Он и не победитель, и не неудачник. Многие люди, кажущиеся победителями, таковыми отнюдь не являются. Для меня победительность – это, прежде всего, образ жизни. Это умение жить, как победитель, изо дня в день. Делать то, что хочешь делать. Получать то, что хочешь получать…
— Многие криминальные авторитеты руководствуются как раз этими принципами. Они тоже победители?
— Это иллюзия. Правда же нам с вами чаще всего не видна настолько, чтоб мы могли об этом рассуждать. Кстати, даже в преступной среде к своим относятся так, как и следует победителям. Всячески поддерживают и помогают. Другое дело, что ко всем остальным относятся как к полезным кормовым существам другого вида. Тут нужно видеть и внутренние противоречия…
— Как жене сделать из своего мужа победителя?
— Никак. Если сам не захочет им сделаться, не захочет изменяться, если это потребуется и не пойдёт ради этого и на риск и на боль – ничего не выйдет. Взрослого человека не переделаешь. Измениться можно, если сильно любишь. Тогда стараешься стать лучше, достойнее… Бывает, что за несколько лет брака победителями становятся оба.
— А что можете сказать о вашем браке?
— С супругом мы в разводе. Он мне очень помогал и был прекрасным мужем, пока дети были маленькими… Сейчас он в другой стране живет. А в отношении детей (их трое) – я, вроде бы, победитель. Ну, мне так кажется и хочется в это верить. Старшей дочери, Еве Морозовской – 31 год. Она автор нескольких книг по психологии. Занимается подготовкой беременных, растит дивных двойняшек Алису и Яну. Среднему сыну Юрию – 27. Он получил высшее духовное образование, закончил ешиву, но в данный момент получает второе высшее образование – медицинское. Ждет четвертого ребенка. С зятем Максимом и невесткой Рахелью мне просто повезло, я считаю. Они очень хорошие — и как супруги моим детям и сами по себе.
Младшему Феликсу 25 лет. Он психолог — тренер и коуч, играет в «Брейн-ринг». Для меня в первую очередь важны отношения с теми, кого любишь. Возможность быть надежной опорой для них, если нужно –успеть вовремя прийти на помощь. Вообще — успеть главное.
И, конечно же, очень важно творчество и профессиональная реализация. Я преподаю, по контракту провожу образовательные семинары в России. В Одессе бываю реже, чем хотелось бы. А еще пою песенки собственного сочинения, концерты опять-же происходят как-то сами собой. Давным-давно играю в «Что? Где? Когда?»…
— Вы самодостаточный человек?
А что, это так важно? Я об этом сама даже не задумываюсь, но раз вы спросили… и что такое — самодостаточность эта самая? Это когда можешь обойтись самой и безо всех? А зачем, собственно? Мне вот кажется, что самодостаточность — это скучно или такое специальное утешение для тех, кому не повезло с близкими людьми.
— Я нуждаюсь в детях, друзьях, возлюбленном, значит, не самодостаточна. Но и не страдаю зависимостью от них. Я могу сама со всем справиться – в этом плане я, возможно, вполне самодостаточна. Но выяснять так ли это я просто не стану, а если что — созову на помощь тех, кто окажется поблизости, сможет и захочет поучаствовать. Я не понимаю, зачем это — справляться самой там, где лучше будет разделить это.
Просто есть прочная связь с людьми. Я – человек команды. Мы и с бывшим мужем долго в одной команде играли.
— Домострой – это хорошо или плохо?
Вы о средневековом уложении о порядке жизни или о том, что теперь обзывают этим словом — диктате мужа в семье?
— Когда-то это было требованием самой жизни: мужчина приносил в пещеру мамонта, а женщина была хранительницей очага и детишек. И это было нормально. Но ведь сегодня ситуация очень изменилась. Редко когда супруг полностью обеспечивает семью. Жены зачастую зарабатывают не меньше мужей, ну и равных конституционных прав никто не отменял, вроде…
Впрочем, излишняя независимость тоже губительна для брака. Супруги — это те, кто впряжены в одну повозку с одним грузом, тянут его вместе и в согласии. Всё это не дружит с идеей независимости.
— А какова тогда роль секса?
— В сексе человек имеет важнейшую возможность максимально глубоко соприкоснуться с другим человеком. Это близость. Здесь ты полностью беззащитен. Если секс по любви – он дает силы и вдохновение что-то изменить всерьез, стать лучше, наконец, он дарит ощущение радости и счастья…
Без любви секс может быть чем угодно — от прекрасного развлечения, дарящего радость и расслабление до инструмента силы, агрессии, подавления.
— Велимир Хлебников был талантливейшим поэтом, но при этом из личного имущества имел только наволочку, набитую рукописями. Он кто?
— Он вряд-ли был здоровым психически. Очень часто, если человеку дается гениальность, то взамен что-то отбирается…
— Но ведь бывает, в чем-то человек победитель, а в чем-то – неудачник?
— Тогда ему на терапию надо бы по-хорошему… помогает. Стругацкие в «Стажерах» сказали, что у человека есть только три радости в жизни любовь, друзья и работа. Наверное, в то время у них еще не было детейJ.
— В один день умерли мать Тереза и принцесса Диана. Кто из них победитель?
— И та, и другая вели себя, как победители. Другое дело, что мать Тереза вряд ли хотела такой популярности, как у леди Ди. Она и без этого была счастливой. Диана незадавшуюся личную жизнь (ну не повезло ей, честно говоря, что супруг её оказался однолюбом другой женщины) как-то очень публично компенсировала… Это, наверное, ещё и вопрос темперамента. Кстати, принц Чарльз, который вел себя очень достойно, на мой вкус в большей степени победитель, нежели принцесса Диана. Победители, как правило, улаживают жизнь счастливее…
— А бывают несчастные?
— Увы. Геракл, Тесей, Ясон… Многие древнегреческие герои были несчастными победителями. Тот же Прометей вел себя, как победитель, но сказать, что он был счастлив, нельзя. Он был трагическим героем.
— Что можно делать, чтобы начать изменяться в домашних условиях?
— Каждый из нас идентифицирует себя через какие-то образы. Думает о себе: «Я как тот-то, или как та…». Это можно назвать масками, можно ролями. Например, «я такая же, как героиня телесериала Х.». Или «я такая же, как персонаж сказки У». В таком случае можно попробовать переписать эту сказку, поменять развитие того образа, с которым вы себя отождествили. Или поменять сам образ. А еще подумать о том, устраивает ли вас такая идентификация? А начать можно с того, что разговаривать со своим отражением в зеркале, как с другим человеком… И услышать в ответ немало интересного и даже нового. Нет, это не шизофрения будет — а возможность озвучить внутренний диалог и услышать его немного со стороны. И понять противоречия, которые мешают измениться. И решить, что дальше с этим сделать.
— Как выбрать тренинг, который нужен именно тебе?
— Человек в начале пути всегда беззащитен и уязвим. Зачастую очень трудно устоять перед теми обещаниями, которые дают те или иные организаторы тренингов. Остается уповать на удачу… Но лучше покопаться в интернете, посмотреть всё, что можно найти не только по этой теме и об этих людях, которые ведущие. Прислушаться к организму — что он на это скажет?
И, если попадание окажется точным — это всерьёз меняет жизнь, и не только в смысле сценария, хотя и его тоже может.
Раз вы спрашиваете примеров — то вот, пожалуйста, в тему:
Девять лет назад у меня был студент Александр Чистяков. Он прошел свой путь тренингов, и сегодня, в 30 лет является директором Института консультирования в Новосибирске. Приглашает меня читать лекции… Да и просто стал другом. Или моя подруга Софья Николаевна. На свой первый тренинг она пришла в 47 лет. Через 15 лет она стала совершенно другим человеком. Владеет двумя магазинами электрооборудования. Я считаю ее техническим гением, хотя у нее даже высшего образования нет. Проделав колоссальную работу над собой, она совершила просто ошеломительный рывок вперед. Отработала свои страхи (смерти, изменений…). С некоторыми страхами просто договорилась. Она ведь не по книжкам училась… В итоге осуществила свою мечту
— Часто приходиться встречать людей, которые в течение многих лет мигрируют с одного тренинга на другой, но остаются такими же, как были. Совершенно не меняются…
А тут всякое и разное может оказаться. Может, это люди очень не в порядке на самом деле. Ведь если человек болеет диабетом, он нуждается в регулярных уколах инсулина и вопрос только в получении качественных инсулинов. Бывает подобное и с психологическим устройством.. Кому-то просто необходимы периодические вливания чужого влияния. И лучше, если за этим периодически на тренинги ходить а не на постоянку в секту угодить.
А ещё, конечно, случается, что человек, дойдя до какой-то черты, за котороую надо заступить, чтоб произошли-таки с ним серьёзные изменения, не решается. Или даже резко подрывается в другую сторону бежать. Поскольку изменяться бывает и страшно и стрёмно и больно. И человек так и не идёт в это, оттого и не меняется. Я спокойно к такому отношусь, в конце концов человек не обязан это делать, а может спокойно и радостно развлекаться тренингами, не худшее на самом деле развлечение ведь.
— Сегодня в моде расстановки по Хеллингеру. Что вы можете сказать об этом?
— Расстановки – это искусство. Если вы в руках у хорошего расстановщика – это хорошо, если у плохого – это плохо. Пространство расстановок во многом мистично, не каждому дано создать и удержать его. К модному всегда много лишнего прилипает, поэтому я настороженно к моде отношусь…
— Что бы вы пожелали нашим читателям?
Чтобы у них получалось то, чего они хотят достичь — и не слишком дорогой для них и их близких ценой. И чтобы радости в их жизни было побольше, а тревог — поменьше.
— Какие развивающие книги вы бы посоветовали прочитать?
— Скотт Пек «Непроторенная дорога», Милтон Эриксон «Мой голос останется с вами», Эрик Берн «Секс в человеческой любви», Галина Бедненко «Боги, герои, мужчины. Архетипы мужественности» и «Греческие Богини. Архетипы женственности» (эти книги лучше, чем аналогичные у Шинода Болен), Павел Зыгмантович «От мальчика до мудреца. Мужские тайны», Лиз Бурбо «Пять травм, которые мешают быть самим собой», да много-много чего, так и не вспомнить всё. Из художественных -читать форкосигановскую сагу Л.М. Буджолд, начиная с «Осколки чести». И серии Терри Пратчетта про ланкрских ведьм и про стражу. И Даниэля Пеннака — всё про племя Малоссенов и детские книги тоже. Из последнего, попавшего в любимые авторы — Питер Хёг, «Условно пригодные» и «Смилла».
Опубликовано в 4:04 3 комментария
15.06.2010
Многословно о безусловной любви
Это разговор, который происходил под Новый год, поначалу приватно и под замком, да мне удалось выпросить его оттуда для разглашения — показалось, что там о важном не только для собеседниц, потому что это о любви разговор, разной-всякой-любой. Разговариваем мы с поэтом Асей Анистратенко.
А.А.
Жизнь – большая затейница насчет поставить перед странными выборами. В моем случае – это систематически повторяющийся сценарий: я или другие. Моя обида – или спокойствие другого человека. Мое требование – или свобода другого человека. Мой выбор — причинять или не причинять боль любимому существу. Поберечь любимое и придавить себя, либо же высказать себя, но сделать необратимое больно любимому.
И вот я пошла наконец и спросила:
— существует ли безусловная любовь?
— кто-нибудь кого-нибудь должен любить безусловно? (родитель ребенка, супруг супруга, влюбленный любимого/-ую, друг друга…?)
и ключевой вопрос:
— как это сочетается с воспитанием?
поясню.
вроде бы, в моих представлениях, взрослый ребенка должен любить безусловно.
но и воспитывать вроде тоже должен, потому что иначе ребенок начинает на взрослом ездить. потому что личность еще приобретает форму и не знает, что некоторые ограничения, наложенные миром, надо принимать.
взрослый взрослого (не родственник), наоборот, не обязан любить безусловно.
но и не должен в явной форме воспитывать, пока не попросили, потому что это переход на личности — не нравится, забирай игрушки и вали. или принимай таким, какой есть, а что не так, то подстроится само (или заберешь игрушки и свалишь).
пока все стройно вроде, да?
а вот если взрослый ребенка любит, но воспитывает, а тот читает в этом нелюбовь? «тебе не нравится мое поведение = тебе не нравлюсь я = ты меня не любишь».
а если взрослый взрослого любит безусловно и не воспитывает? к чему это приведет? должны ли друзья быть зеркалом истины?
а если, наоборот, взрослый взрослого любит небезусловно, критикует, воспитывает и требует изменений? на правах друга?
И ответила мне Иринa разумными словами:
я думаю, и уверена даже, что безусловная любовь как раз и предполагает самое серьёзное воспитание.
и ребёнка и взрослого.
потому что безусловная любовь, как всякая нормальная любовь — это стремление заботиться о благе любимого существа. И допускать поведение, которое ему не на пользу, а то и во вред — не следует независимо от того, будут ли тебя после этого любить больше или меньше. Безусловная любовь — она как раз в том, чтобы не соразмерять свои действия с отдачей.
Ну, не всё, конечно, в нашей власти — но стремиться лучше в этом направлении.
А.А.:
хорошо, тогда найди мне логическую ошибку.
«я люблю тебя безусловно и считаю, что ты — хороший. значит, я стараюсь понять твои мотивы в каждом конкретном случае и принять их как часть твоей реальности, потому что ты делаешь все не просто так, а в рамках своей личности, значит, у всего есть причины, весомые для тебя. значит, я не могу судить тебя и твои поступки».
где появляется момент объективной оценки — что во благо, что во вред?
хорошо, совать шпильку в розетку — объективно. и съедать килограмм шоколада тоже.
а портить себе жизнь другим способом? взрослым каким-нибудь?
например, курить?
(«если ты будешь курить, я с тобой не буду дружить» практически = «я тебя не люблю, когда ты куришь» = условие; «я тебя люблю, но лучше бы ты бросил курить» — не приведет ни к чему; и т. п.)
Иринa:
по-моему тут сплошная каша с подменой понятий, а вовсе не стройное логическое рассуждение.
для меня нет тут ровно трёх вещей — во-первых для меня — я — люблю тебя безусловно — означает, что я люблю вот здесь и прям сейчас, неважно, хороший ты или плохой, я могу считать тебя и хорошим и плохим и сложной смесью того и другого, но люблю безусловно — именно и означает — люблю невзирая на хорошесть или нехорошесть для чего-либо и на все свои мысли по этому поводу. Поскольку любят сердцем (ну, мне так чувствуется)
И я могу одновременно любить тебя и считать твоё поведение разрушительным и пытаться его прекратить в меру своего влияния на тебя тем или иным способом.
Могу любить тебя — и злиться на тебя, возмущаться и негодовать, обижаться тоже могу. Это как ветры злые вокруг костра — если они его не гасят, то в нём — огонь любви.
А понять всё равно в полной мере нельзя, ну и с какого это перепугу нельзя судить человека или его поступки? Судить можно, можно хвалить или осуждать, и это всё совершенно независимо от любви, которая — свет, в свете которой и происходит всё вышеперечисленное.
Просто при свете всё видно лучше и точнее.
А.А.:
так. хорошо
это приводит нас с тобой к общему термину «безусловная любовь», если мы начинаем читать под ним тот самый свет, который вне логических категорий, про который я много пишу в иные дни, о том, что он не кончается, и его не отнять.
но что же делать тогда с «принимаю таким, какой есть»?
получается, любовь безусловная = не «принимаю…», а «люблю вне зависимости от». а принятие вообще нервно курит, потому что можно любить и не принимать каких-то черт или каких-то поведенческих проявлений в человеке?
Ирина:
а»принимаю таким, какой есть» — не означает «терплю и мирюсь с тем, какой есть», а означает — люблю и здорового и больного, и доброго и вредничающего, вот не отказываю в любви за то, что проявляется из него говно и воняет и требует уборки.
Деток малых и близких-тяжелобольных мы же и моем и одёжки меняем, можем досадовать — что вот, опять, но на любовь это не влияет совсем.
Тут и «безусловная» и «принятие» — это такие номинализации, с которыми надо разбираться и дефинировать их. Очевидно, они у нас с тобой немного разные, я свои подкорректировала в своё время до того, что мне стало про жизнь как-то понятно, хотя временами очень невесело бывает.
И — безусловная любовь — это не слепая любовь, а именно зрячая. Ты видишь все косяки и слабости человека, но любишь его вместе с ними. И притом если видишь его трусость — можешь предложить поддержать своим мужеством, его слабость — своими силами (тут надо, чтоб они были на тот момент) его глупость — своим умом… Прикрываешь его по слабым местам, восхищаешься сильными и всем, что сдвигает его к лучшему.
Вот когда человек глуп уже настолько, что это всё отвергает — выгорает и самая настоящая любовь, увы.
А.А.:
нет, они не разные. я пока ни с чем не спорю. я вчера впервые к жизни решила разобраться с этим вопросом
нормально ли, что они в одной голове уживаются — негодование, скажем, обида и та же любовь
Ирина:
Конечно, нормально!
Живой человек, а любимый — особенно, вызывает у нас самые сильные чувства, при этом нужно научиться правильно (неразрушительно для себя и для этого конкретного человека) выражать наружу и злость, и ярость, и обиду и негодование, если они возникли.
Для меня это важнейшая работа любви — именно научиться выражать, а не подавлять, но так, чтоб из этого можно было извлечь уроки и чтоб неразрушительно это было.
Чувства конфликтуют — увы, такое с чувствами нередко бывает и по самым разным поводам, тут я стараюсь извлечь и как-то отреагировать самые болезненные из них.
Ну и для меня очень важен вопрос ресурса — сама я, как тот камин, своей любовью могу отопить и обогреть определённое количество людей, больше не поместятся, куда больше могут видеть свет вокруг, с разных расстояний.
Безусловно у этого очага имеет право быть и находится лишь моё потомство.
С прочими — если человек там оказался, но не приносит дров в очаг, не закрывает за собой дверь так, что тепло выстуживает и ещё некоторые не — то его от очага отстраняю, конечно. По факту — сама отстраняюсь и сливаюсь из близости. Со слезами и печалью, но что поделать — иначе пострадают другие мои любимые. И когда тёплое время года — там может оказаться гораздо больше людей, дверь закрывать не надо, а зимой в стужу — только те, кто со своими дровишками приходит, такой оказалась моя суровая правда. Ну и объём очага ограниченный — это тоже мне пришлось принять, как свою данность.
А.А.:
да, спасибо.
с ограниченностью очага согласна, и давно знаю.
что невозможно тратить ресурс на всех вообще, кто на него претендует.
и это не тендер, а вопрос сохранности.
а вот насчет выражать — это очень ценно, и остается уроком для меня. я зависаю на моменте трудной эмпатии (разобраться, что же такое человек мне сказал на самом деле) и пропускаю момент, когда, собственно, уместно реагировать. поэтому у меня поздние включения обычно — через день, два, пять.
в общем, нет предела работе над собой
Ирина:
«получается, любовь безусловная = не «принимаю…», а «люблю вне зависимости от». а принятие вообще нервно курит, потому что можно любить и не принимать каких-то черт или каких-то поведенческих проявлений в человеке?»
Да, конечно. А с какой стати ты всё должна принимать, если оно не принимается? Если ты при этом не мазохистка, конечно.
Любовь даёт свет и силы (вспомни триаду Рэйки — японцы говорят, что Рэйки — это триединство «Свет, сила, любовь» — совершенно верно, так вот свет — чтобы лучше разглядеть и увидеть, что вообще есть, и что из этого поправимо, а что — инвалидность, с которой надо научиться мириться и жить. Силы для того, чтобы как в той молитве — постараться изменить то, что можно, ну и так далее… а любовь даёт нежность и мудрость. Вот так как-то.
С тем, чего не принимаешь, лучше поработать не самой, а с психологом — тогда становится ясно — что из этого — резонанс собственных проблем и собственной незрелости (такая работа примирила меня со многим из того в среднем сыне, с чем я никак поначалу смириться не могла), а что реально опасно или вредно и растлительно для объекта любви. И с этим уже тоже что-то делать, конечно. Плохая услуга для любимого — мириться с фигнёй под прикрытием типолюбви.
А.А.:
а еще: как застраховать себя от прочтения ребенком «тебе не нравится мое поведение = ты меня не любишь»?
сколько ведь ни говори «это вредно, это неполезно, тебе не стоит этого делать потому-то, пожалуйста, не надо» — может не срабатывать, а сработает только жесткий конфликт на тему, который почти сразу тыкает в «ты меня не любишь».
Ирина:
А никак не застраховать.
Воспитание ребёнка — это риск без страховок, воспитивать же негативиста — отдельный прикол, но у меня и такой опыт уже есть.
И всё говорит о том, что надо делать всё, что считаешь нужным, а там уж — как сложится. Утешает наблюдение в динамике о том, что там где ребёнка действительно любят — хорошее перевешивает и сильно и в итоге остаётся в остатке.
Но — у меня была любимая фраза, специально для детей.
Говорила: «Я люблю тебя всегда, всегда-всегда, просто за то, что ты мой ребёнок. Но когда ты делаешь то-то и то-то (тут желательное подчёркивалось) — я тобой горжусь!»
Очень старалась развести любовь и поощрение или неодобрение.
А Letale добавила про безусловную любовь:
говоришь без слов: я люблю тебя со всем твоим золотом и говном, потому, что точно знаю по себе, что в каждом есть золото и говно.
при этом нормально сказать: ты — мудак. То, что ты делаешь, тебя убивает = делает слабее = глупее = бессмысленнее. я не перестану тебя любить, но только ТЕБЯ это убивает = делает слабее = глупее = бессмысленнее. и какой тебе будет смысл в моей любви, если тебя это убьет, сделает слабым, тупым, ненужным самому себе.)) как-то так.
Я бы и ещё поговорила ло любви -можно здесь, в коментах — если будут час та натхнення у вас в праздничные эти дни!
И желаю вам, друзья мои, провести эти дни с любимыми, а от тех, кто далеко — получить поздравления во всех видах, голосом ли, буквами… чтоб не угасал огонёк.
Опубликовано в 11:11 Комментариев (1)
15.06.2010
Духовный кризис как осложнение.
Вань, а мы с тобой душевно богатые?
Нет, Мань, мы с тобой духовно богатые. А душевно мы с тобой больные.
Всё началось в комментариях к посту Ольги Подольской о кризисах , когда я неосторожно выдала в порядке бреда величия некоторое знакомство с духовным кризисом. И легкомысленно пообещала в коментах поделиться и рассказать о нём, точнее — о своих на этот счёт наблюдениях и идеях.:
сначала цитата — для ленивых ходить по ссылке:
Духовный кризис
В отличие от предыдущих, чётко классифицированных и подробно описанных в литературе, с духовным кризисом, строго говоря, вообще ничего не понятно. Нет никакой общепринятой концепции и доказательной базы. Это связано с тем, что именно в духовном кризисе человек сталкивается на собственном опыте с ощущением недуальности, единства и отсутствия противоположностей, – вербальные описания которого, в нашем дуальном мире, не могут не быть противоречивыми и расплывчатыми.
Духовный кризис нередко является следствием интенсивных духовных практик, — когда у человека недостаточно возможностей по интеграции полученного опыта в обычную жизнь. Но с этим соприкосновением с недуальностью не всё так просто. Вполне ожидаемо, каузальные причинно-следственные связи в этой области не работают: иногда духовный кризис настигает человека без объективных причин, без всяких духовных практик, нипочему. Я, как человек, испорченный каузальностью, всё же отыскиваю причины субъективные: бессознательный запрос, когда психике для функционирования нужны всё более и более сильные ресурсы, в какой-то момент даёт обращение к наиболее сильному ресурсу из всех. Иначе говоря, по потребностям и воздастся вам: кому нужен ресурс — тот получит ресурс. А удастся ли ему его прожевать — это вопрос такой. Как пойдет.
Опыт нуминозного переживания недуальности, данный нам в ощущениях, — наиболее ресурсный опыт из всех возможных. Практически, это бесконечный ресурс коллективного бессознательного – оно же Святой дух, оно же Атман, оно же Дао, и т.п. Умения обходиться с этим ресурсом человеку часто не хватает, и эта сила иногда переживается настолько мучительно, что вероятность погибнуть становится достаточно явной.
Я бы поспорила немного по разным моментам. Да, лекции Стэна Грофа о психодуховном кризисе слушала в его блестящем исполнении где-то в 2002м — и тоже не во всём с ним согласилась. И с тем, что об этом писал Юнг — его планка для меня не то, чтоб слишком уж высока, но я сейчас буду про то, с чем ко мне приходят, как с духовным кризисом 🙂
Так как же я узнаю, что у человека это самое — духовный кризис? Да с его слов, обычно, и узнаю. Вот если он приходит и в числе главной или прочих жалоб заявляет «Доктор, у меня ЭТО духовный кризис — то я ему на слово и верю, что духовный кризис у него есть. А что при этом вижу и наблюдаю собственными органами чувств — тоже не могу игнорировать и записываю во внутреннее досье, а дальше уж работаю с человеком по тому, что увидела и как сочла необходимым. А вижу (очень условное слово, поскольку я — махровый кинестетик-аудиал, и главное всё-таки слышу и ощущаю, но эти слова длиннее пишутся) я всегда схожее. Что главная помеха в том, чтоб человеку устаканить свою жизнь хотя бы до терпимой — вовсе не по ведомству духовного кризиса произрастает.
То есть, насколько я теперь думаю, чувствую и понимаю — переживание недуальности само по себе и в результате нормальной практики какой-либо духовной дисциплины является переживанием не только вполне переносимым, а очень значительным и (по личному уже опыту) вдохновляющим. Говорить о комфортности или дискомфорте не берусь как раз по причине недуальности переживаемого в это время, но мне нравится 🙂 А вот там, где отмечается кризис — похоже, и что это переживание, если уж оно действительно было, огромной энергетикой своей растапливает какие-то грунтовые ледники и мерзлоты и обнажаются на свет из них прошлые покойники — как и по сей день вытаивают трупы фашистов от Второй Мировой на Кавказе, а то и мамонты якутские. И с этим вытаявшим и приходится иметь дело — как минимум оплакать по-людски и похоронить, а оно ещё может быть крупным, если мамонт, и приходится растаскивать и хоронить по кусочкам. И если этим не заняться немедленно, по мере вытаивания проблем — мёртвецов прошлого, а продолжать практику, как ни в чём ни бывало — проявленное не окажется иллюзорным и не рассосётся само, а будет вести себя по тем законам, которым подчиняется всё мёртвое, оказавшееся на поверхности и без заморозки. Гнить начнёт то есть и пахнуть, ну и на него вскоре слетятся всевозможные потребители мертвечины. И если свет и сила Первоисточника продолжают не употребляться по назначению — внутренний мир человека превращается в ещё более неуютное и болезненное место, чем был до начала всего этого. А если у человека наблюдаются выраженные мазохистские черты — то происходит настолько причудливое, что не в ЖЖшном посте описывать…
Ещё бывают мне хорошо видны осколки прошлых кризисов — из тех, что описаны Ольгой, и обязательно — в неединичном количестве, то есть следы не одного непрожитого вовремя или не так прожитого кризиса, а двух-трёх и так далее. Вот эти-то следы и шрамы, вполне возможно, и помешали человеку правильно воспринять эту самую недуальность, ну и всё, что к ней прилагается.
А вот с этим: Духовный кризис нередко является следствием интенсивных духовных практик, — когда у человека недостаточно возможностей по интеграции полученного опыта в обычную жизнь. я и вовсе думаю, что если у человека от дисциплинарной духовной практики возник кризис — то может, в консерватории что-то подправить имели место нарушения в самой дисциплине этой практики плюс недосмотр присматривающего за учеником Мастера (или Учителя), уж кто как называет наставника в этом деле. Который, по идее, если он действительно Мастер, Гуру или Учитель — должен давать вполне определённые указания излишне резвому или фанатеющему ученику, во избежание осложнений. Если наставник действительно тот, за кого себя выдаёт а его — принимают, то его дело — заметить тревожные симптомы задолго до того, как они обернулись настоящим кризисом. И Практику притормозить, и к другим специалистам направить, если происходящее требует уже и терапии. У затеявшего же духовную практику без обучения и последующего пригляда, по самоучителю сам себе злобный баклан явно не в порядке с самыми азами и с самого начала, поскольку все руководства именно в духовных практиках предостерегают против самодеятельности. И ему есть с чего обострить кризис вовсе не по причине практики а по причине глупости.
Если опять-же метафорой говорить об интеграции (а никак иначе о духовных категориях говорить и невозможно ведь) — то получается, что интеграцию полученного опыта можно сравнить с пропусканием для полива на поля большого массива воды. Если каналы-арыки в порядке — то и орошение на уровне нового богатого урожая, а если там русло (или часть их) забита каменюками или илом — то и ценный ресурс (вода) и куда надо не попадёт и превратится в разрушительный и вредный даже. Вопрос не живительной влаге, ясное дело, а в русле, которое чистить надо своевременно. Вот с получаемым в духовной практике ресурсом недуальности мне что-то схожее чудится.
Ещё одна метафора у меня на этот счёт есть, довольно непристойная — духовный кризис подобен попытке заниматься сексом, не вынув из созданного для этого дела места прошлых тампонов, в своё время уместно решавших проблему определённых дней, а теперь — не дающих ни наслаждения в полной мере ни оплодотворения от великолепного и очень духовного по сути занятия. Духовный кризис — как некачественный любовный акт..
Что до того, что духовный кризис может настигать человека просто так, нипочему — то тут я уверена, что нипочему этого не бывает, бывает, что причины непонятны самому человеку и его окружению, пропущены по невниманию и неосознанке, а смысл кризиса этого — в том, чтобы как раз перевести в зону кой-какой осознанности свои задачи по жизни на данный период и свои средства их достижения. Ещё думаю, что духовный кризис разражается там, где человек давно и прочно грешит против своего Предназначения. Не всем, по всему судя, вообще везёт его иметь в ярко выраженном виде. Но тем, у кого оно есть и именно такое, как есть, приходится ему соответствовать. Фору времени дают обычно приличную, но если уж все сроки вышли, а человек занят чем-то совсем неблизким — сначала намекнут (обычно во время очередных, «плановых» кризисов»), а если человек проигнорировал очередное предупреждение — то тут с ним сделается нехорошо. И духовный кризис к этому тоже легко присоединяется до кучи. Так что уже понятна мысль, высказанная в заглавии — духовный кризис происходит, как осложнение на фоне непрожитых кризисов, невыполненных задач и прочего не и недо. Мешающих человеку правильно интегрировать в своё мироощущение весь полученный духовный опыт и воспользоваться им, как ресурсом (как справедливо замечено Ольгой — наиболее ресурсным из всех возможных).
Работать с ним нужно, выискивая и обезвреживая все кусочки прошлого опыта и убеждений, мешающие на данный момент комфортному или хотя бы терпимому переживанию.
Вы уже поняли, что я полагаю духовный кризис не единичным по жизни, и не завершающим и окончательным. Если считать им то, что происхдит после т.н. духовного пробуждения и на пути дальнейшего развития — то циклы приливов-отливов происходят не раз и не два, а сопровождают человека в той или иной форме долгие годы, но по мере опята в проживании этих состояний становятся менее кризисными, что ли, более выносимыми. Если с моей личной точки зрения — то по-настоящему духовным кризисом является только потеря веры в то, что делашь, в осмысленность этого и понимания своего предназначения, если оно прежде было.
Настоящим кризисом духовный кризис становится именно тогда, когда куски непрожитого и неинтегрированного опыта не дают человеку усвоить то, с чем он соприкоснулся и запасти этот ресурс. Что до чередования периодов доступа к Источнику света и силы и периодов отделённости — так на то и старый текст священной книги о семи коровах тучных и семи коровах тощих, обратите внимание — тучные всегда предшествуют тощим. И если у человека достало мудрости сохранить избытки и сделать запасы — он без удовольствия но и без трагедии переживёт семь лет неурожайных. Для этого ещё хранилища — амбары и прочие сусеки должны быть вообще и быть в исправности, в порядке. И куски прошлого — для меня как раз тот хлам, которым там хранится и мешает занести и накопить этот новый ресурс, а следы травм — как дырки в крыше, при них может залить-затопить эмоциями, которые совсем не по делу и неуместны будут. Вот ощущение нищеты и несостоятельности человека на фоне несохранённого ресурса и ощущение тотального какого-то голода (победа хищных семи коров тощих) — и есть подлинный духовный кризис.
Что ещё может привести к духовному кризису? По крайней мере к тому, что так заявляют. Бывает это не от соприкосновения с опытом недуальности, а ровно наоборот — от утраты этого переживания надолго. Это как раз про духовных практиков. Вот практикует себе человек, и переживает от этого время от времени то самое переживание, и оно ему не просто нравится, а кажется смыслообразующим, стержнем всей жизни его (да как и мне, кстати), а тут вдруг (на самом деле совсем не вдруг) что-то разладилось. Перестало происходить, притом как раз в то время, когда и житейские обстоятельства осыпаются под ногами, и близкие, если они есть, чем-то дополнительно грузят — в общем как раз когда нужны дополнительные ресурсы, а тут и привычный куда-то исчезает. Привыкнув считать источником переживания практику, человек продолжает её всё яростнее — как будто качает ручку водоразборной колонки, а вода ушла на глубину куда-то и уходит всё глубже, а силы иссякают… И то, что человек, иногда долгие годы, считал своей опорой, оплотом и символом веры — подводит, не помогает, а то, что с ним происходит наяву — кажется дурным сном. Тут-то может начаться кризис веры в то, во что он верил и чего другим проповедовал, наслоиться и слиться с любым другим кризисом из описанных — и ситуация становится реально опасной. Тут не справившийся имеет реальные шансы перейти надолго, а то и навсегда в иное качество жизни или вовсе покинуть её. И тут уж одному-самому не справиться, даже если до того годами был учителем, наставником и спасителем для других. По-хорошему надо немедленно запрашивать помощи у коллег, а по ещё лучшему — делать это если не при первых, то при вторых признаках того, что надёжные способы обретения ресурса сбоят и глючат. Потому, что есть вещи, которые при правильной помощи проходят несравненно легче, чем без оной. Все кризисы к этим вещам относятся, а духовные — особенно.
Это я не рассматриваю те случаи, когда люди с богатым воображением и истероидными чертами личности, начитавшись литературы и наговорившись с искателями того и сего в жанре духовности, решают, что название «духовный кризис» — самое красивое и благородное для обозначения и описания своего (вполне реального, кстати) страдания и расписывают тяготы духовного кризиса всем желающим, и терапевту тоже. Такие на долгую терапию обычно не остаются, и я вообще подозреваю, что для истериков переживать кризис — естественный процесс, занимающий их всецело и дающий возможность не сосредотачиваться на неприятной и трудоёмкой работе с основной проблемой.
Наверное, следует добавить, в объяснение своих категоричности и нахальства, о том, что я являюсь с 1999 года Традиционным Мастером Рэйки (это такая целительская духовная дисциплина) и практикую её ежедневно по Мастерской норме (которая побольше, чем у студентов), ну и кризисов за это время видела много и разных, по большей части удавалось помочь человеку и с ними совладать, и продолжать двигаться в избранном направлении. Как раз на терапию ко мне идут и с этим, поскольку имею определённую репутацию и стараюсь ей соответствовать.
Что приходится делать в этом случае? Да брать на себя роль даже не родительскую, что большинству терапевтов приходится временами, а именно роль утраченного — да-да, его самого, Господа Бога в любой из необходимых ипостасей — для восстановления нарушенной связи человека с этим Высшим. Ну и ресурсом делиться, какой понадобится. Помогает, видимо, то, что переживания, необходимые для этого, случаются со мной давным-давно, ну и на ник мой ЖЖшный можете посмотреть заново, на аватарку эту 🙂 И Практика, конечно, не то что помогает, а обеспечивает эту возможность. Свой аккаунт предоставляю, для связи с еговысшими инстанциями, ну у меня, вроде бы, безлимитка уже 🙂
Обсуждение тут: http://irkathena.livejournal.com/281683.html
Опубликовано в 10:10 3 комментария